• ЛИТЕРАТУРНЫЙ МУЗЕЙ

«Светлая Отчизна души» В.Г. Белинский и музыка Часть 2

Станкевич пишет Л. Бакуниной 1 мая 1837 г.: «Собираемся у меня… Самые интересные лица у нас – Лангер, которого Вы, я думаю, знаете по рассказам Миши, и Боткин. Первый – музыкант, немец, но довольно хорошо понимает русский язык…»
Леопольд Лангер с начала 1820-х гг. жил в Москве. Музыкант и композитор, он получил образование в Вене. Его произведения 1830-х гг. – когда он сблизился с семьей Бакуниных – были написаны в стиле немецких романтиков. Лангер участвовал в музыкальных вечерах в Премухино, играл у Боткина, устраивал домашние концерты и у себя. Белинский встретился с ним у Боткина на музыкальном вечере в сентябре 1837 г. и «всею душой полюбил Лангера». Сначала их сблизил романтический восторг от Прямухино, но далее Лангер, судя по письмам Белинского, стал дорог ему именно как музыкант. Он сообщает Бакунину: «Иду к Лангеру. У него концерт», пишет Боткину, что В. Одоевский играл пьесы Лангера и «остался очень доволен» миниатюрой «Примирение». Сам Белинский позже в другом письме Боткину будет восхищаться «Похоронной песней Иакинфа Маглановича», написанной Лангером на слова Пушкина («С богом в дальнюю дорогу…»): «Когда Одоевский при мне заиграл Лангерову «С богом в дальнюю дорогу» – во мне душа заболела тоскою и радостью, услышав знакомые и милые звуки». Белинский на всю жизнь сохранит теплое отношение к Леопольду Лангеру, подчеркнув в одном из писем Боткину: «…считаю его в числе людей, за встречу с которыми на жизненном пути должен благодарить Бога».

И все же как бы мы ни искали тех, кто пробудил в душе Белинского любовь к музыке, мы не можем не сказать о том, что в статьях критика это ощущается как изначально естественная составляющая его эстетического восприятия мира. Уже в «Литературных мечтаниях» (1834) мы находим: «Изображать, воспроизводить в слове, в звуке, в чертах и красках идею всеобщей жизни природы: вот единая и вечная тема искусства». Размышляя о театре, Белинский здесь же пишет: «Это истинный храм искусства, при входе в который вы мгновенно отделяетесь от земли, от житейских отношений! Эти звуки настроиваемых в оркестре инструментов томят вашу душу ожиданием чего-то чудесного, сжимают ваше сердце предчувствием какого-то неизъяснимо сладостного блаженства… И вот грянул оркестр – и душа ваша предощущает в его звуках те впечатления, которые готовятся поразить ее…».

Когда Белинский оказался в Дрездене в 1847 г., Тургенев счел необходимым повести его в оперу на «Гугенотов» Мейербера, где пела П. Виардо, видимо понимая, что Белинский способен оценить красоту ее пения, а потом представил певице, и Белинский был приглашен на ее концерт.
Белинский увлечен музыкой, его письма – яркое тому подтверждение. Он «трепещет от звуков» септета Бетховена и понимает восторг перед его ″Sonate path`etique″ [«Патетической сонатой»], испытанный Боткиным. Белинский очарован Шубертом. Особенно ему нравится «Шарманщик» [″Leiermann″] из «Зимнего пути». Критик пишет: «…мне кажется, я зарыдал бы, если бы, проходя по улице, услышал под окном его чудные, грациозные звуки, которые глубоко запали в мою душу».

О понимании и тонком восприятии музыки свидетельствуют и статьи Белинского. Да, он редко писал о музыке, его публицистический талант был более всего устремлен на литературу, ее роль в жизни человека, но в эстетической концепции критика литература никогда не стояла особняком от искусства в целом, в том числе и от музыки.
Белинский писал: «Музыка – по преимуществу выразительница внутреннего мира души; но выражаемые ею идеи неотделимы от звуков, а звуки, много говоря душе, ничего не выговаривают ясно и определенно уму». И это «содержание» музыки нельзя пересказать словами: «Если вы скажете, что в таком-то музыкальном произведении удачно воспроизведена идея любви и ревности, вы этим ровно ничего не скажете об этой музыкальной пьесе: начните ее петь или играть – и она сама за себя заговорит».
Понятие музыкальности – один из критериев Белинского при оценке явлений поэзии. Так, разбирая лирические стихи Пушкина, он, как особенность их, отмечает отсутствие названия в большинстве стихов, вместо него первая строка, и видит в этом «свойство лирических произведений, содержание которых неуловимо для определения, как музыкальное ощущение». Чуть позже он подчеркивает, говоря об антологических стихах Пушкина, что «это мраморные изваяния, которые дышат музыкой…». «Скульптурную музыкальность» стиха ценит Белинский и в поэзии Батюшкова. В музыкальных категориях он оценивает творчество Лермонтова: «Это еще не симфония, а только пробные аккорды, но аккорды, взятые рукой юного Бетховена…». Он неоднократно в разные годы, размышляя об уникальности поэзии Кольцова, подчеркивает музыкальность, песенность его стихов. Так, в статье «Русская литература в 1841 г.» читаем: «Поэтическое дарование Кольцова признано всеми безусловно; многие из талантливых наших музыкантов кладут эти песни на музыку». Композитор Ю. Арнольд вспоминал, что написать первый романс на слова Кольцова ему предложил именно Белинский. Эту сторону поэзии Кольцова как важнейшую Белинский подчеркивал и через несколько лет в итоговой статье 1846 г. «О жизни и сочинениях Кольцова», о которой уже упоминалось выше: «Русские звуки поэзии Кольцова должны породить много новых мотивов национальной русской музыки».
Белинский был свидетелем бурного развития русской музыки. Он положительно оценил постановку оперы А.Н. Верстовского «Аскольдова могила», говоря о «прекрасном мире», представленном в Михайловском театре, он обращался к творчеству этого композитора и позже, касаясь в статье «Русская литература в 1841 году» рецензий «Литературной газеты» на оперы «Аскольдова могила» и «Тоска по родине». В статье «Сочинения Александра Пушкина» Белинский упоминает о «нашем известном композиторе М.И. Глинке»; критик ранее уже оценивал положительно один из его романсов – «Если встречусь с тобой…». Характерно, что в русской музыке Белинского привлекает то же, что и в итальянской опере – мелодичность, песенность, близость к народной стихии; видимо, именно понимание национальных корней в музыке, высказанное Боткиным в статье 1839 г. «Итальянская и германская музыка», во многом стало причиной восхищения Белинского этой публикацией. В этом отношении интересны размышления критика в статьях 1841 г. о народной песне: «…неоспоримо, что власть народной музыки бесконечна над чувством. Не диво, что русский мужик и плачет и пляшет от своей музыки; но то диво, что и образованный русский, музыкант в душе, поклонник Моцарта и Бетховена, не может защититься от неотразимого обаяния однообразного, заунывного и удалого напева народной песни…».

В качестве светлого и несколько неожиданного финала о взаимоотношениях «неистового Виссариона» и музыки… В Москве живет знаменитый парижский гитарист-виртуоз Фредерик Белинский (его называют «парижанином с русской душой»), который считает своим предком нашего великого критика. Пока не удалось установить корни этого родства (как известно, у Виссариона Григорьевича была только дочь, и прямые потомки его утеряли фамилию Белинского), но знаменательно несомненное преклонение современного европейского музыканта перед талантом и памятью нашего соотечественника, в числе достоинств которого было глубокое постижение музыкального искусства.

Использованы источники:
Лапшина Галина Сергеевна, кандидат филологических наук, доцент кафедры истории русской журналистики и литературы факультета журналистики МГУ имени М.В. Ломоносова
Анохина Нина Михайловна, белинсковед.
Информация и фотоматериалы, хранящиеся в фондах Государственного музея-усадьбы В.Г. Белинского


Франц Шуберт вокальный цикл «Зимний путь».»Шарманщик»
Композиция Winterreise, Op. 89
Исполнитель Boris Gmyrya
Альбом Schubert: Winterreise, Op. 89
Лицензиар The Orchard Music (от лица компании «MUSIC ONLINE»)


А.Н. Верстовский, опера «Аскольдова могила. Ария Неизвестного
Пирогов Григорий Степанович [24(12 по ст. ст.).01.1885 – 20.02.1931], артист оперы и камерный певец.
Оркестр фирмы «Пате».
Запись 1910 года.
Музыка:
Верстовский Алексей Николаевич [01.03(18.02 по ст. ст.).1799 – 17(05 по ст. ст.).11.1862], русский композитор и театральный деятель.
Либретто (по одноименному роману):
Загоскин Михаил Николаевич [25(14 по ст. ст.).07.1789 – 05.07(23.06 по ст. ст.).1852], русский писатель и драматург, директор московских театров и московской оружейной палаты, действительный статский советник в звании камергера.
В качестве иллюстраций в ролике использованы:
Фотографии и портреты А.Н. Верстовского;
Фотографии и портреты М.Н. Загоскина;
Фотографии и портреты Г.С. Пирогова;
Открытка из набора «Великие басы России», издатель С.А. Куприянов;
Эскизы декораций к опере «Аскольдова могила»;
Рисунок «Аскольдова могила»: Шевченко Тарас Григорьевич (укр. Шевченко Тарас Григорович, [09.03(25.02 по ст. ст.).1814 – 10.03(26.02 по ст. ст.).1861)], украинский поэт, мыслитель, художник, прозаик, этнограф и революционер-демократ;
Картина «Аскольдова могила»: Штернберг Василий Иванович (12.02.1818 – 08.09.1845), живописец, жанрист и пейзажист;
Изображения и фотографии кургана Аскольдова могила разных лет;
Общедоступные современные фотографии из глобальной сети.
Первоисточник аудиофайла и изображений этикеток пластинок – ресурс «Russian Records» (коллекции Берникова Ю. и Тимохова В.).

М. Глинка. Опера «Иван Сусанин» Эпилог, хор «Славься».

Дата публикации: 03.11.2020 в 19:12
Последнее изменение: 03.11.2020 в 19:12

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о