• Изображение слайдера
  • Изображение слайдера
  • ЛИТЕРАТУРНЫЙ МУЗЕЙ

1 апреля — день рождения Н.В.Гоголя. Белинский о Гоголе

В 2018 г. вышла в свет книга «Мысли и афоризмы В. Г. Белинского». Из статей, писем «неистового Виссариона» были выбраны афористичные высказывания, краткие, емкие, запоминающиеся мысли, которые интересны не только в контексте его сочинений, но и сами по себе – как своего рода «кладезь мудрости». В одном из разделов книги собраны высказывания В.Г. Белинского о Н.В.Гоголе. Цитаты приводятся по полному собранию сочинений В.Г. Белинского в 13 томах. 1953-1959.

Из вступительной статьи И.Р. Монаховой: «… книги молодого Гоголя («Вечера на хуторе близ Диканьки», «Миргород») имели громкий успех, но что же прежде всего увидела в них публика? Комизм, причудливые сюжеты, малороссийскую экзотику. Некоторые критики называли его творения «сальными», «грязными» из-за их простонародного колорита. В общем и целом к Гоголю тогда, в первой половине 1830-х годов, относились несерьезно из-за того, что не видели за первым поверхностным впечатлением высокой поэзии. Таким образом, понимание публикой гоголевских произведений было (ведь они пользовались успехом) и его не было. Опубликованная в 1835 году статья Белинского «О русской повести и повестях г. Гоголя», по замечанию А.В. Дружинина, «отличалась глубоким и блистательным взглядом на талант Гоголя, в то время еще не отделенного критикою от массы второстепенных талантов».
Белинский увидел в его «побасенках» новую, «реальную» поэзию, «поэзию жизни действительной», а в самом Гоголе – истинного поэта, «главу литературы, главу поэтов». И в дальнейшем он отстаивал новую, реалистическую эстетику, прежде всего, в своей многолетней «борьбе за Гоголя».

А вот и сам В.Г. Белинский о Николае Васильевиче Гоголе и его творениях. Прочтите! Напишите, какое высказывание вы считаете верным, а с чем не согласны. Будем рад вашим комментариям!

Н. В. Гоголь
Отличительный характер повестей г. Гоголя составляют – простота вымысла, народность, совершенная истина жизни, оригинальность и комическое одушевление, всегда побеждаемое глубоким чувством грусти и уныния. Причина всех этих качеств заключается в одном источнике: г. Гоголь – поэт, поэт жизни действительной. (I, 284)

И возьмите почти все повести г. Гоголя: какой отличительный характер их? Что такое почти каждая из его повестей? Смешная комедия, которая начинается глупостями, продолжается глупостями и оканчивается слезами и которая, наконец, называется жизнею. И таковы все его повести: сначала смешно, потом грустно! И такова жизнь наша: сначала смешно, потом грустно! Сколько тут поэзии, сколько философии, сколько истины!.. (I, 290)

Повести г. Гоголя народны в высочайшей степени… (I, 295)
Комизм или гумор г. Гоголя имеет свой, особенный характер: это гумор чисто русский, гумор спокойный, простодушный, в котором автор как бы прикидывается простачком… (I, 298)

Г. Гоголь владеет талантом необыкновенным, сильным и высоким. По крайней мере, в настоящее время он является главою литературы, главою поэтов. Он становится на место, оставленное Пушкиным. (I, 306)

Какие надежды, какие богатые надежды сосредоточены на Гоголе! Его творческого пера достаточно для создания национального театра. Это доказывается необычайным успехом «Ревизора»! Какое глубокое, гениальное создание! И что может создать человек, который написал такое произведение только для пробы пера! (II, 397)

Гений есть полный властелин жизни и берёт с неё полную дань, когда бы и где бы ни захотел. Какая глубокая мысль в этом факте, что Гоголь, страстно любя Малороссию, всё-таки стал писать по-русски, а не по-малороссийски! (V, 178)

С Гоголя начался русский роман и русская повесть, как с Пушкина началась истинно русская поэзия… Гоголь внёс в нашу литературу новые элементы, породил множество подражателей, навёл общество на истинное созерцание романа, каким он должен быть; с Гоголя начинается новый период литературы, русской поэзии. (V, 565)

Пушкин и Гоголь, – вот поэты, о которых нельзя сказать: «Я уж читал!», но которых чем больше читаешь, тем больше приобретаешь; вот истинное капитальное сокровище нашей литературы. (V, 569)

Гоголь – великий талант, гениальный поэт и первый писатель современной России. (VI, 214)

Вообще, ни один поэт на Руси не имел такой странной судьбы, как Гоголь: в нем не смели видеть великого писателя даже люди, знавшие наизусть его творения; к его таланту никто не был равнодушен: его или любили восторженно, или ненавидели. И этому есть глубокая причина, которая доказывает скорее жизненность, чем мертвенность нашего общества. Гоголь первый взглянул смело и прямо на русскую действительность, и если к этому присовокупить его глубокий юмор, его бесконечную иронию, то ясно будет, почему ему еще долго не быть понятным и что обществу легче полюбить его, чем понять… (VI, 216)

Действительно, язык у Гоголя не отличается мертвою правильностью, и на него легко нападать грамотеям и корректорам, которые считают язык и слог за одно и то же, не подозревая, что между языком и слогом такое же неизмеримое расстояние, как и между мертвою, механическою правильностью рисунка бездарного маляра-академика и живым оригинальным стилем гениального живописца. (VI, 241)

Гоголь не пишет, а рисует; его изображения дышат живыми красками действительности. Видишь и слышишь их. Каждое слово, каждая фраза резко, определённо, рельефно выражает у него мысль, и тщетно бы хотели вы придумать другое слово или другую фразу для выражения этой мысли. Это значит иметь слог, который имеют только великие писатели. (VI, 355)

В том, что художническая деятельность Гоголя верна действительности, мы видим черту гениальности. (VI, 425)

Драматические опыты Гоголя среди драматической русской поэзии с 1835 года до настоящей минуты – это Чимборазо среди низменных, болотистых мест, зелёный и роскошный оазис среди песчаных степей Африки. После повестей Гоголя с удовольствием читаются повести и некоторых других писателей; но после драматических пьес Гоголя ничего нельзя ни читать, ни смотреть на театре. (VII, 83)

Со времени выхода в свет «Миргорода» и «Ревизора» русская литература приняла совершенно новое направление. Можно сказать без преувеличения, что Гоголь сделал в русской романической прозе такой же переворот, как Пушкин в поэзии. (VIII, 78)

Гоголь вполне владеет слогом. Он не пишет, а рисует; его фраза, как живая картина, мечется в глаза читателю, поражая его своею яркою верностию природе и действительности. Сам Пушкин в своих Повестях далеко уступает Гоголю в слоге, имея свой слог и будучи, сверх того, превосходнейшим стилистом, т.е. владея в совершенстве языком. (VIII, 79)

Гоголь убил два ложные направления в русской литературе: натянутый, на ходулях стоящий идеализм, махающий мечом картонным, подобно разрумяненному актеру, и потом – сатирический дидактизм. (VIII, 81)

И еще много времени пройдет и много новых поколений выступит на поприще жизни прежде, чем Гоголь будет понят и оценен по достоинству большинством. (VIII, 90)

Повести Гоголя изменили вкус публики, дали новое направле-ние литературе и погубили во цвете лет много повестей и романов старой школы. (VIII, 419)

В Гоголе русская литература имеет самого национального писателя. (IX, 73)
С Гоголя начинается новый период русской литературы, которая, в лице этого гениального писателя, обратилась преимущественно к изображению русского общества. Пуристы, грамматоеды и корректоры нападают на язык Гоголя и, если хотите, не совсем безосновательно: его язык точно неправилен, нередко грешит против грамматики и отличается длинными периодами, которые изобилуют вставочными предложениями; но со всем тем он так живописен, так ярок и рельефен, так определителен и точен, что его недостатки, о которых мы сказали выше, скорее составляют его прелесть, нежели порок, как иногда некоторые неправильности черт или веснушки составляют прелесть прекрасного женского лица. (IX, 229)

Гоголь дал направление прозаической литературе нашего времени, как Лермонтов дал направление всей стихотворной литературе последнего времени. И направление, данное Гоголем, особенно плодотворно для литературы и для языка, которые поэтому учатся и научатся хорошо говорить о простых вещах и уже не поучать, как прежде, торжественно и важно публику, а беседовать с нею. (IX, 229)

Мы уже не раз имели случай замечать, что до Гоголя нашим романистам и нувеллистам было легко быть талантливыми, по крайней мере, в тысячу раз легче, нежели теперь. (IX, 270)

Имя Гоголя так велико в нашей литературе, что стоит только кого-нибудь из шутки или из зависти к Гоголю поставить наравне с Гоголем или выше его, – и это кто-нибудь уже знаменитое лицо в нашей литературе, по крайней мере хоть на столько времени, пока шутка или сплетня не забудутся. (IX, 354)

Самый интересный для иностранцев русский поэт есть Гоголь… Кроме огромности своего художнического таланта, Гоголь строго держится в своих сочинениях сферы русской житейской действительности. А это-то всего и интереснее для иностранцев: они хотят через поэта знакомиться с страною, которая произвела его. В этом отношении Гоголь – самый национальный из русских поэтов, и ему нельзя бояться перевода, хотя, по причине самой национальности его сочинений, и в лучшем переводе не может не ослабиться их колорит. (IX, 439–440)

Сын, живя своею собственною жизнию и мыслию, тем не менее все-таки обязан своим существованием отцу. Как бы ни великолепно и ни роскошно развился впоследствии талант г. Достоевского, Гоголь навсегда останется Коломбом той неизмерной и неистощимой области творчества, в которой должен подвизаться г. Достоевский. (IX, 551)

Влияние Гоголя на русскую литературу было огромно. Не только все молодые таланты бросились на указанный им путь, но и некоторые писатели, уже приобретшие известность, пошли по этому же пути, оставивши свой прежний. Отсюда появление школы, которую противники её думали унизить названием натуральной. После «Мертвых душ» Гоголь ничего не написал. На сцене литературы только его школа. (X, 296)

Вообще мы всегда хвалили сочинения Гоголя, а не самого Гоголя; хвалили их ради их самих, а не ради их автора. Его прежние сочинения и теперь для нас то же, чем были и прежде; нам нет нужды до того, что теперь думает Гоголь о своих прежних сочинениях. (X, 357)

Комизм – слово узкое для выражения гоголевского таланта. У него и комизм-то выше того, что мы привыкли называть комизмом… У нас все думают, что, если кто, сидя в театре, от души искушается лицами в «Ревизоре», тот уже не имеет ничего общего с ними, и я хотел заметить, с одной стороны, что самые лучшие из нас не чужды недостатков этих чудищ, а с другой, все эти чудища – не людоеды же. (XII, 461)

Дата публикации: 01.04.2020 в 11:12
Последнее изменение: 01.04.2020 в 11:12

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о